Игорь АРТЕМЬЕВ, налоговый советник, председатель палаты организаций в сфере экономического развития, конкурентоспособности и предпринимательства Гражданской ассамблеи Красноярского края

В 2026 году дробление бизнеса остается одной из главных «мишеней» налоговых органов. Согласно статистике, суды поддерживают позицию ФНС примерно в 74 % споров о дроблении, и этот показатель продолжает расти год от года. Суммы доначислений в крупных делах исчисляются десятками и сотнями миллионов рублей плюс пени и штрафы в размере 40 % от недоимки при умышленном нарушении.

При этом государство одновременно предложило бизнесу инструмент выхода из «серой» зоны – налоговую амнистию – и проводит разъяснительную кампанию, чтобы удержать баланс частного и публичного интереса в налоговых отношениях.

В этой статье разберем: что такое дробление бизнеса, где оно закреплено в законе, по каким признакам ФНС выявляет такие схемы, какие риски несет предприниматель и почему применять дробление в своем бизнесе опасно.

ЧТО ТАКОЕ ДРОБЛЕНИЕ БИЗНЕСА?

До 2024 года понятие «дробление бизнеса» существовало только в письмах ФНС и судебных актах, в самом законе его не было. Ситуация изменилась с принятием Федерального закона от 12.07.2024 № 176-ФЗ, который впервые закрепил это понятие на законодательном уровне.

Законодательное определение (подпункт 1 пункта 1 статьи 6 Закона № 176-ФЗ):

Дробление бизнеса – это разделение единой предпринимательской деятельности между несколькими формально самостоятельными лицами (организациями, индивидуальными предпринимателями), которые фактически находятся под контролем одних и тех же лиц, с целью получения налоговой экономии через применение специальных налоговых режимов.

Простыми словами: если три ИП на УСН работают из одного офиса, с общими сотрудниками, одними и теми же клиентами, а выручка каждого – чуть ниже предельного лимита, ФНС видит не три бизнеса, а один, который «притворяется» тремя ради налоговой экономии.

Ключевой момент: ФНС смотрит не на количество юридических лиц в структуре, а на экономическую логику управления. Если компании реально самостоятельны, имеют разных клиентов, поставщиков, персонал и активы, претензий, как правило, не возникает. Даже если инспекция запрашивает пояснения, при грамотной их отработке налоговые претензии в дальнейшем не множатся. Если же разделение существует только на бумаге, а бизнес фактически един, – это и есть дробление.

Помимо Федерального закона № 176-ФЗ, ключевой нормой остается статья 54.1 Налогового кодекса РФ, которая запрещает искажение сведений о фактах хозяйственной деятельности и искусственное создание условий для получения налоговой выгоды.

Дополнительные ориентиры для правоприменителей содержатся в:

• Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 – о критериях необоснованной налоговой выгоды (действует до сих пор);
• Письме ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ – методические рекомендации для инспекций по квалификации схем;
• Письме ФНС России от 16.07.2024 № БВ-4-7/8051@ – методические рекомендации для инспекций по квалификации схем;
• Обзоре практики Верховного Суда РФ от 13.12.2023 – разъяснены подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды при дроблении.

Таким образом, сегодня дробление бизнеса – это не просто «позиция ФНС», а легальное понятие с четкими признаками и правовыми последствиями.

КЛЮЧЕВЫЕ ПРИЗНАКИ ДРОБЛЕНИЯ: НА ЧТО ОБРАЩАЕТ ВНИМАНИЕ ФНС

В 2026 году ФНС систематизировала более 17 основных признаков дробления. На практике налоговые органы анализируют совокупность таких факторов – ни один признак сам по себе не влечет доначислений.

Наиболее значимые признаки:

Организационно-управленческие:

• единый центр управления и общий бенефициар;
• общий офис, склад, оборудование;
• единая бухгалтерия, кадровый учет, IT-инфраструктура;
• расчетные счета в одном банке, отчетность с одного IP-адреса.

Кадровые:

• общий персонал (один и тот же водитель числится в разных компаниях);
• переход сотрудников между компаниями без изменения фактических функций;
• совпадение более 30 % сотрудников между организациями (как в деле «Бриг»).

Финансово-хозяйственные:

• искусственное распределение выручки между участниками группы;
• общие поставщики и покупатели (совпадение контрагентов более чем на 30 %);
• транзитный характер расчетов (деньги от клиентов поступают на счета разных ИП, затем аккумулируются у одного лица).

Инфраструктурные:

• общий сайт в интернете (как в деле «Бриг», где старый сайт и новый дублировали друг друга);
• общие номера телефонов, адреса электронной почты.

Важно: цифровые инструменты контроля, которые ФНС активно применяет с 2025 года (АСК НДС-3, анализ IP-адресов и устройств, обмен данными с банками, маркетплейсами и иными участниками гражданского оборота), существенно упрощают сбор таких доказательств. Система может выявить признаки дробления еще до получения первой выручки компанией.

На практике не существует строгого количества критериев, которое необходимо нарушить, чтобы инспекция квалифицировала схему как дробление. Иногда достаточно одного «железобетонного» признака.

Ключевые маркеры – отсутствие у юридического лица собственных ресурсов: штата (кроме директора), имущества, транспорта, при этом единственный контракт – услуги для основного бизнеса. Это почти стопроцентный риск.

СХЕМЫ ДРОБЛЕНИЯ БИЗНЕСА

Налоговые органы в письме ФНС России от 16.07.2024 № БВ-4-7/8051@ разобрали самые опасные схемы «дробления бизнеса».

Схема 1: Супруги-производители одежды

Муж и жена зарегистрировались как ИП на УСН. По документам муж занимался моделированием и раскроем, жена – пошивом. Фактически:

• все сотрудники работали единой бригадой в одном здании;
• часть работников была оформлена по совместительству у обоих супругов;
• должности периодически перемещались из штатного расписания мужа в расписание жены и обратно;
• совпадали IP-адреса отправки отчетности и банковских расчетов.

Вывод: разделение фиктивно, единый бизнес, превышающий лимиты УСН.

Схема 2: Сеть шиномонтажа (11 организаций + 1 основная)

Одна основная организация и 11 юридических лиц на УСН работали под единым брендом. Учредителем всех 11 являлся конечный бенефициар основной организации. У «дочерних» организаций:

• не было собственных средств и оборудования;
• услуги оказывались на площадях, арендованных у основной организации;
• все работы выполнялись сотрудниками основной организации;
• деньги проходили через кассы основной организации.

Вывод: единый бизнес, искусственно разделенный для экономии на НДС и налоге на прибыль.

Схема 3: Гостиница с тремя «хозяевами»

Одна гостиница с единой стойкой регистрации, общими помещениями и персоналом, но формально разделенная между двумя организациями и ИП.

Схема 4: Застройщик и ИП-перепродавцы

Компания-застройщик заключила договоры долевого участия с пятью ИП по цене ниже себестоимости. Те перепродали объекты физлицам по рыночной цене. Все участники применяли УСН. Цель – «сбросить» часть прибыли на ИП, чтобы не потерять право на УСН.

Схема 5: Аренда помещений через три лица

ИП, его жена (тоже ИП) и ООО, где они оба учредители, сдавали в аренду помещения в ТЦ. Площади не разделялись – одни и те же помещения сдавались одному арендатору от имени разных лиц в разное время.

Вывод: единый арендный бизнес, искусственно разделенный на трех участников.

Письмо не вводит новые нормы, а систематизирует уже сложившиеся подходы судов. Оно показывает, как ФНС квалифицирует схемы и на какие детали обращает внимание:

• общий персонал (работа одной бригадой, совместительство, переход сотрудников);
• общая инфраструктура (один адрес, одно оборудование, один сайт, один бренд);
• общие IP-адреса при сдаче отчетности;
• отсутствие у «дочерних» лиц собственных ресурсов (персонала, имущества, транспорта);
• транзитный характер движения денег.

Письмо выпущено через четыре дня после вступления в силу Федерального закона от 12.07.2024 № 176-ФЗ об амнистии дробления. Фактически ФНС одновременно:

• дала бизнесу инструмент выхода (амнистия);
• показала, как будет выявлять тех, кто не выйдет.

ПОЧЕМУ ЖЕ «ДРОБЛЕНИЕ БИЗНЕСА» ТАК ОПАСНО?

При признании структуры дроблением ФНС консолидирует (объединяет) выручку всех участников группы и пересчитывает налоги так, как если бы деятельность вел один налогоплательщик на общей системе налогообложения.

Последствия:

• НДС – по ставке 22 % (с 1 января 2026 года ставка повышена с 20 до 22%);
• Налог на прибыль – по ставке 25 % (с 2025 года);
• Пени – за весь период просрочки;
• Штраф – 40 % от суммы недоимки при умышленном характере нарушения (пункт 3 статьи 122 НК РФ).

При доначислениях свыше 18,75 млн рублей за три года возникает риск уголовного преследования по статье 199 УК РФ (уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере). Кроме того, появляется новая статья 187 УК при квалификации деяний налогоплательщиков.

Помимо финансовых потерь, на практике срабатывают репутационные и операционные риски: арест счетов и имущества, включение в реестр недобросовестных поставщиков, потеря контрактов с крупными заказчиками, взыскание задолженности с взаимозависимых лиц в солидарном порядке.

Показательный пример

В Новосибирске идет масштабный судебный спор между налоговым органом и сетью гриль-баров «ШашлыкоFF». Владеющему товарными знаками и ресторанной франшизой ООО «СРП Групп» доначислили 1,15 млрд рублей, компания с этим не согласна и оспаривает решение в суде.

Всё началось после выездной налоговой проверки, проведенной Межрайонной ИФНС № 22 по Новосибирской области. По ее итогам инспекция вынесла решение о доначислениях и штрафах на колоссальную сумму – 1 154 211 784 рубля. Основанием стали выводы о применении обществом схем ухода от налогообложения, связанных, в частности, с дроблением бизнеса ради минимизации налоговых обязательств.

ФНС добилась запрета на отчуждение товарных знаков компании (это вариации широко известного обозначения «ШашлыкоFF») и приостановления операций по счетам в банках на все 1,15 млрд рублей.

В цепочке «франчайзер – предприятия общепита» роли могут распределяться таким образом, что первый воспользуется льготой по НДС для правообладателей, а гриль-бары получают льготу по этому налогу как предприятия общественного питания или вообще находятся на спецрежиме. При объединении этих компаний в единый хозяйствующий субъект право на УСН может быть утрачено, что приводит к доначислению налога на прибыль и потере льготы по НДС.

Дело «ШашлыкоFF» – не случайность, а часть тренда на повышенное внимание контрольных органов к применяющим схемы дробления бизнеса.

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА: КОГДА БИЗНЕС ВЫИГРЫВАЕТ

Суды поддерживают налоговые органы примерно в 74 % споров о дроблении. Однако в каждом пятом деле налогоплательщик выигрывает – и выигрывает не случайно, а по понятным причинам, следуя единственно верному алгоритму заранее.

Примеры из практики

Дело № А76-26323/2023 (семейный бизнес по добыче мрамора с 1990-х годов):

Суд отменил доначисления в 167 млн руб., указав, что компании регистрировались с 1992 года, у них разные лицензии на пользование недрами, юридические адреса, свой руководитель и главбух, собственный штат и расчетные счета. Кроме того, налоговики проверяли компанию за периоды с 2007 по 2016 год и не увидели нарушений.

Вывод: длительная история бизнеса, реальная самостоятельность каждой компании и отсутствие претензий в предыдущих проверках – сильные аргументы в пользу налогоплательщика.

Дело об отце и дочери (А53-16343/2018):

Суд встал на сторону бизнеса, потому что объем оптовых продаж от ООО в адрес ИП составил всего 3–7 %. Экономический смысл «схемы» был признан сомнительным.

Вывод: малый объем перекрестных операций между взаимозависимыми лицами – аргумент против дробления.

По моим наблюдениям, в год в России рассматривается примерно тысяча арбитражных дел, в которых упоминается «дробление бизнеса». Каждая победа налогоплательщиков разбирается по крупицам. Но основная работа не видна – она ведется задолго до судебного спора. Вход в суд – это уже проигрыш налогоплательщика. Необходимо выстраивать деловую цель и документальную защиту на старте проектов – тогда шансы намного выше.

Главный посыл из судебной практики: налоговую невозможно обмануть структурой – она читает следы. Но ее невозможно и победить одними следами, если за компаниями пустота. Единственная рабочая защита – реальность: настоящая деятельность, задокументированная заранее, с конкретной деловой целью.

АМНИСТИЯ ДРОБЛЕНИЯ: РЕДКИЙ ШАНС ВЫЙТИ ИЗ ТЕНИ

В 2025 году государство запустило механизм добровольного отказа от схем дробления. Это редкий случай, когда у бизнеса есть реальный выход без судебного противостояния с ФНС.

Условия амнистии (Федеральный закон № 176-ФЗ):

1. Налогоплательщик добровольно отказывается от применения схем дробления в 2025 и 2026 годах.
2. Уплачивает налоги в размере, определенном в результате консолидации доходов по всей группе лиц.
3. В этом случае суммы доначислений по налоговым проверкам за 2022–2024 годы подлежат списанию, включая пени и штрафы.

Важные нюансы:

• Амнистия не применяется, если налогоплательщик не отказался от дробления в 2025–2026 годах до назначения выездной налоговой проверки за эти периоды.
• Амнистия не снимает уголовных рисков за прошлые периоды.
• Если решение о привлечении к ответственности за 2022–2024 годы вступило в силу до 12.07.2024, амнистия не применяется.

По данным ФНС, механизмом уже воспользовались многие предприниматели – списано более 25 млрд рублей налоговой задолженности.

ЧТО ДЕЛАТЬ, ЕСЛИ ВАША СТРУКТУРА УЖЕ ВЫЗЫВАЕТ ПОДОЗРЕНИЯ?

С 2026 года ФНС перешла к превентивному контролю: предприниматели массово получают уведомления о признаках дробления, требования пояснить структуру и приглашения на комиссии.

Рекомендация: не игнорировать такие уведомления. Это сигнал к тому, что пора провести аудит структуры.

Если проверка еще не назначена, можно:

1. Провести детальный профессиональный аудит структуры с налоговым консультантом.
2. Объединить бизнес в одно юрлицо или четко разделить по реальным деловым целям.
3. Воспользоваться налоговой амнистией, если на то есть объективные основания.

Если проверка уже идет:

1. Сформировать доказательственную базу самостоятельности каждого субъекта.
2. Опровергать каждый признак дробления, указанный в акте.
3. Представлять документы, подтверждающие реальность деятельности.

РЕЗЮМЕ

Дробление бизнеса в 2026 году – это не абстрактный налоговый риск, а конкретная угроза доначислений в десятки миллионов рублей с перспективой уголовного преследования собственника.

Граница между законной группой компаний и незаконной схемой проходит не по числу субъектов и не по применяемым налоговым режимам, а по реальной самостоятельности каждого участника и наличию деловой цели, отличной от налоговой экономии.

Что делать предпринимателю:

1. Провести аудит структуры – оценить, есть ли признаки дробления.
2. Зафиксировать деловую цель разделения документально (бизнес-план, протоколы, меморандумы).
3. Разделить ресурсы – у каждого субъекта должны быть свои сотрудники, свои клиенты, свои счета.
4. При наличии сомнений – рассмотреть механизмы налоговой амнистии и добровольно отказаться от схем в 2025–2026 годах.
5. Не ждать проверки – реструктуризация до проверки существенно снижает риски.

Помните: суды принимают деловую цель, только если она сформулирована конкретно, подтверждена документами и существовала до начала проверки, а не придумана задним числом.

Возможность работать без страха – это фундамент жизнестойкости МСП.